ВОЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА --[ Военная история ]-- Дважды Краснознаменный Балтийский флот
Содержание
«Военная Литература»
Военная история

Глава десятая.

В огне гражданской войны

После победы Великой Октябрьской социалистической революции усилия Коммунистической партии и Советского правительства были направлены на перестройку жизни общества на новых, социалистических началах, на то, чтобы отстоять Советскую власть от посягательств внутренних и внешних врагов, укрепить связи с пролетариатом других стран. Добиться этого можно было только путем вывода страны из империалистической войны, создания нового государственного аппарата и новых вооруженных сил.

Эта труднейшая задача решалась в исключительно сложной международной и внутренней обстановке. В стране потерпевшая поражение контрреволюция накапливала силы для перехода в наступление. Империалисты США, Англии и Франции в первой половине декабря 1917 г. на специальном совещании, состоявшемся в Париже, договорились о вооруженной интервенции в Советскую Россию и составили план расчленения ее на сферы влияния».

Коммунистическая партия, учитывая назревание гражданской войны и иностранной военной интервенции, развернула работу по созданию Красной Армии и Красного Флота.

История создания Советского Военно-Морского Флота неразрывно связана с рождением и историей Красного Балтийского флота, ставшего материальной базой для формирования многих озерных и речных флотилий.

Образованный 26 октября 1917 г. боевой орган революционных моряков — Военно-морской революционный комитет во главе с балтийским матросом И. И. Вахрамеевым провел огромную работу по ликвидации старого аппарата управления флотом и подготовке условий для строительства новых военно-морских сил. Она завершилась I Всероссийским съездом военных моряков, проходившим в Петрограде в ноябре 1917 г. под председательством балтийца-большевика А. В. Баранова. Из 190 его делегатов представляли Балтийский флот.

На съезде выступил В. И. Ленин. «...Во флоте, — сказал Владимир Ильич, — мы видим блестящий образец творческих [126] возможностей трудящихся масс, в этом отношений флот показал себя, как передовой отряд» {130}.

I Всероссийский съезд военных моряков создал Верховную морскую коллегию в составе Народного комиссара и двух специалистов военно-морского дела. Первым Наркомом Советской республики по морским делам стал балтиец-большевик П. Е. Дыбенко. При Верховной морской коллегии было образовано политическое бюро, на которое возлагалась задача руководства политической жизнью флота. Во все отделы, управления и штабы военно-морских сил коллегия направила своих комиссаров. Управление флотами и флотилиями переходило в руки центральных комитетов (Центробалта — на Балтике, Центрофлота — на Черном море, Целедфлота — на Северном Ледовитом океане и т. п.). При Центробалте был создан Военный отдел для решения всех оперативных вопросов. После упразднения должности командующего флотом его флаг, на котором было начертано СФРР (Свободный флот Российской Республики), держал Военный отдел Центробалта.

Приказ Верховной морской коллегии о передаче управления Балтийским флотом Центробалту реакционная часть офицерства встретила в штыки. Но, опираясь на поддержку матросских масс и передовых морских офицеров, таких, как М. В. Иванов, А. А. Ружек, Е. А. Беренс, А. П. Зеленой и другие, Центробалт твердо взял власть в свои руки и осуществил организационные преобразования на флоте {131}. Начальником его Военного отдела был избран А. А. Ружек. Все приказы подписывались им и главным комиссаром Балтийского флота Н. Ф. Измайловым.

После большой подготовительной работы Совет Народных Комиссаров 15 января 1918 г. издал декрет об организации Красной Армии, а 29 января — декрет о роспуске старого и создании нового, Рабоче-Крестьянского Красного Флота. Эти исторические документы были подписаны В. И. Лениным. В них впервые в истории провозглашался классовый принцип строительства армии и флота. Вновь создаваемые, подлинно народные вооруженные силы Советской республики были призваны защищать великие завоевания Октябрьской революции, кровные интересы рабочих и крестьян.

Моряки Балтики встретили декреты с огромным воодушевлением и горячо откликнулись на призыв партии и правительства остаться на военной службе. Вскоре Центробалтом были созданы комиссии, которые приступили к записи добровольцев в новый флот. 22 февраля {132} главный комиссар и начальник Военного отдела Центробалта издали приказ, в котором говорилось: «Именем Совета Народных Комиссаров Российской Республики объявляем [127] по флоту Балтийского моря, что с 20-го сего февраля вступили в исполнение возложенных на нас правительством обязанностей, т. е. к управлению всеми морскими силами Балтийского моря и к созданию нового социалистического Рабоче-Крестьянского Красного Флота.

Призываем всех товарищей принять горячее участие в совместной работе по созданию мощного Красного Флота...

Товарищи, только с вашей помощью можно создать такой флот, который гордо выйдет на баррикадную борьбу с империалистами, банкирами, помещиками и капиталистами всего мира» {133}.

Запись добровольцев с первых же дней приняла массовый характер. Команды многих кораблей и судов оставались служить в полном составе.

Одновременно проводились организационные мероприятия по укреплению управления флотом. По предложению Верховной морской коллегии Совнарком своим решением от 3 марта 1918 г. упразднил Центробалт, учредил должность главного комиссара Балтийского флота и специальный Совет комиссаров флота (Совкомбалт).

29 марта 1918 г. В. И. Ленин подписал Временное положение об управлении Балтийским флотом, которым руководство им возлагалось на начальника Морских сил Балтийского моря и главного комиссара, избираемых Коллегией Народного комиссариата по морским делам и утверждаемых в должности Советом Народных Комиссаров. 16 мая 1918 г. приказом № 202 по Балтийскому флоту было объявлено Временное боевое расписание, которое определяло его структуру. Временным положением устанавливались совещательные органы при командовании флотом — Совет флагманов и Совкомбалт — и учреждался штаб Балтийского флота {134}.

Революционные балтийские моряки сыграли большую роль и в формировании первых частей Красной Армии. Было решено перед отправкой их на фронт «в каждый формируемый эшелон добровольцев (состоящий из 1000 человек) в целях спайки их нарядить по взводу моряков» {135}. Одновременно под руководством балтийца, члена Всероссийской коллегии по формированию армии коммуниста Т. И. Ульянцева началось создание частей из моряков Балтийского флота. К лету 1918 г. общая численность матросов в рядах Красной Армии достигла 20 тыс. человек. Многие моряки назначались агитаторами, инструкторами, комиссарами и партийными работниками в формируемые части и военные учреждения.

18 февраля 1918 г. немецкая военщина, воспользовавшись предательским отказом Троцкого, возглавлявшего советскую делегацию [128] в Брест-Лптовске, подписать мирный договор на предъявленных Германией условиях, начала наступление по всему фронту от Балтийского моря до Черного и в течение нескольких дней захватила обширную территорию Советской России. Это отвечало интересам империалистов США и Англии, которые рассчитывали при помощи германских штыков свергнуть Советскую власть в России и в то же время надеялись облегчить себе победу над Германией, заставив ее воевать на два фронта.

Наступление немцев угрожало захватом Петрограда — колыбели пролетарской революции. Над Советской республикой нависла смертельная опасность. 21 февраля В. И. Ленин написал декрет-воззвание «Социалистическое отечество в опасности!», призывавшее трудящихся к самоотверженной борьбе с захватчиками. Воззвание нашло горячий отклик в народе. Десятки тысяч передовых рабочих, солдат, матросов вступали добровольцами в ряды новой армии и отправлялись на фронт. Особенно упорные бои развернулись под Псковом, Ревелем и Нарвой, где противнику был дан решительный отпор. Дни мобилизации сил Республики и героической защиты ее от германского империализма стали днями рождения Красной Армии. В память об этом великом подвиге 23 февраля ежегодно отмечается как День Советской Армии и Военно-Морского Флота.

На Балтийском флоте была проведена революционная мобилизация. «Впредь до заключения мира, — говорилось в постановлении объединенного собрания всех судовых, ротных и полковых комитетов Балтики, — срочно организовать оборону революции всеми имеющимися средствами, привести флот в полную боевую готовность и формировать партизанские отряды» {136}. На кораблях и в береговых частях принимались резолюции о прекращении демобилизации и формировании матросских отрядов для немедленного выступления на фронт.

Матросы линейного корабля «Республика» решили прекратить увольнение в запас и в отпуск, отозвать уже убывших, привести в боевую готовность корабль и навести строгую революционную дисциплину. Команда линейного корабля «Гангут» заявила, что она вся, до единого человека, останется на корабле до тех пор, пока враг окончательно не будет разгромлен. В резолюции, единодушно принятой на собраниях личного состава эскадренных миноносцев «Генерал Кондратенко», «Пограничник», «Сокол» и «Михаил», говорилось: «В тяжелую минуту испытания революции считаем необходимым всем пойти на ее защиту, образовать сводный морской красный отряд и биться за социализм до последней капли крови» {137}.

Вместе с отрядами Красной Армии и питерских рабочих кроме взводов моряков, включенных в эшелоны добровольцев, на фронт ушли отряды балтийцев. В бою с немецкими войсками у [129] Везенберга, под Нарвой, отличился матросский отряд, насчитывавший в своем составе около 1000 человек. У Нарвы действовал крупный отряд моряков под командованием П. Е. Дыбенко. Под Псковом сражался отряд матросов-минеров, которым командовал матрос-большевик Ф. С. Аверичкин. Совершала диверсии в тылу наступавших частей противника особая группа кронштадтцев — специалистов минного дела во главе с бывшим трюмным механиком крейсера «Громобой» чрезвычайным комиссаром Верховной морской коллегии Р. Р. Грундманом.

В период наступления войск кайзеровской Германии моряки Балтики начали беспримерную в истории отечественного флота стратегическую операцию, известную под названием Ледового похода.

Революционный Балтийский флот представлял собой внушительную силу, способную прикрыть с моря подступы к Петрограду и поддержать приморские фланги частей Красной Армии. В октябре 1917 г. он имел в своем составе 7 линейных кораблей, 9 крейсеров, 62 эскадренных миноносца, 26 подводных лодок, 5 канонерских лодок, 23 минных и сетевых заградителя, 110 сторожевых кораблей и катеров, 89 тральщиков, 70 транспортов, 16 ледоколов, 61 вспомогательное судно, 65 гидрографических и лоцмейстерских судов и плавучих маяков, 6 госпитальных и 5 спасательных судов {138}. Большая часть этих сил базировалась на Гельсингфорс. Здесь находились все линейные корабли (кроме «Зари Свободы»), 54 эскадренных миноносца, 4 подводные лодки, дивизия траления, много минных и сетевых заградителей, сторожевых кораблей и вспомогательных судов. В Ревеле зимовали броненосный крейсер «Рюрик», крейсера «Адмирал Макаров», «Баян», «Олег» и «Богатырь», 17 подводных лодок, минные заградители «Волга», «Урал» и другие корабли. На Ганге (Ханко) и Або базировались 4 подводные лодки, тральщики, катера и вспомогательные суда.

Многие корабли находились в ремонте, который затягивался из-за нехватки необходимых средств и топлива. Почти все экипажи были недоукомплектованы. Тяжелые условия, в которых оказался Балтийский флот, усугублялись тем, что Рижский залив и Моонзундские острова были захвачены немцами, а в Финляндии шла гражданская война. Финская белогвардейщина, получив помощь от международного империализма, перешла в наступление против рабочих отрядов. Район боевых действий перемещался к местам базирования флота.

15 февраля 1918 г., за три дня до перехода немецких войск в наступление, Совет Народных Комиссаров под председательством В. И. Ленина обсудил доклад П. Е. Дыбенко о стратегическом положении на море {139}. По указанию В. И. Ленина Коллегия [130] Народного комиссариата по морским делам 17 февраля направила Центробалту директиву о немедленном переводе из Ревеля в Гельсингфорс всех боевых и вспомогательных судов, которые были не в состоянии выходить в море по первому требованию, и подготовить к переходу «из Гельсингфорса в Кронштадт все те суда... кои могут быть без ущерба для них проведены в колотом льду» {140}.

С получением директивы Центробалт энергично приступил к перебазированию кораблей. Ревельский флотский партийный комитет принял меры к завершению ремонтных работ, организовал погрузку ценного имущества береговой обороны и воздушной дивизии на транспорты.

20 февраля из Ревеля начали выходить отдельные суда, а 22 февраля, когда к городу приблизились немецкие войска, базу оставила группа кораблей в сопровождении ледокола «Ермак». Через день ледокол «Волынец» провел в Гельсингфорс две подводные лодки, транспорт «Европа» и спасательное судно «Волхов». 25 февраля за ледоколами в Гельсингфорс направилась основная часть кораблей, зимовавших в Ревеле. При выходе из базы они подверглись налету немецкой авиации, а в город уже ворвались части противника. Замысел немцев захватить их провалился. Береговые батареи и укрепления близ Ревеля были взорваны. 62 корабля, пробившись сквозь льды, к 27 февраля пришли в Гельсингфорс.

Германское командование для оказания помощи финской белогвардейщине 28 февраля направило из Данцига в Гельсингфорс три линейных корабля, несколько крейсеров, тральщиков и транспортов, ледокол «Гинденбург». На судах находилась так называемая Балтийская дивизия. 5 марта немецкие корабли достигли Аландских островов и стали готовиться к вторжению в Финский залив.

Эти действия Германии усилили опасения Советского правительства за судьбу кораблей Балтийского флота, зимовавших в Финляндии. В ходе начавшихся переговоров о заключении мирного договора Германия настаивала на том, чтобы на них были оставлены лишь небольшие команды. Становилось совершенно очевидным, что если бы корабли находились в Финляндии до весны, то они явились бы легкой добычей белофиннов и немцев. Поэтому Центральный Комитет партии и Советское правительство потребовали от моряков Балтики любой ценой спасти для Республики флот.

В выполнении этой сложнейшей задачи большую роль сыграло пленарное заседание судовых и ротных комитетов Гельсингфорсской военно-морской базы, состоявшееся 6 марта на яхте «Полярная звезда», являвшейся, по существу, флагманским кораблем Балтийского флота. Было решено поручить разработку плана эвакуации базы Совкомбалту, немедленно вывести из Гельсингфорса [131] наиболее ценные корабли — линкоры и крейсера. Вся подготовка к походу осуществлялась под руководством партийных организаций. Ни тяжелое техническое состояние кораблей, ни саботаж реакционного офицерства, ни мощный ледовый покров — ничто не смогло помешать мужественным балтийцам выполнить задание Коммунистической партии и Советского правительства.

12 марта из Гельсингфорса вышел первый отряд в составе линейных кораблей «Севастополь», «Гангут», «Петропавловск» и «Полтава», крейсеров «Рюрик», «Богатырь» и «Адмирал Макаров». Проводку его осуществляли ледоколы «Ермак» и «Волынец». Совершив пятисуточный переход, отряд достиг Кронштадта.

Стремясь сорвать начавшийся переход советских кораблей на восток, немецкое командование и белофинны с помощью диверсантов и предателей захватили и увели ледоколы «Тармо», «Волынец» и «Черноморский 1-й». Была также предпринята попытка вывести из строя ледокол «Ермак». Поэтому партийные организации призвали личный состав флота к повышению революционной бдительности. Были приняты меры по усилению охраны ледоколов.

В период подготовки к переходу второго отряда обстановка в районе Финского залива еще больше осложнилась. 13-тысячный немецкий десант, высаженный в ночь на 3 апреля в Ганге, начал продвижение к Гельсингфорсу. Во время высадки немцев советские моряки взорвали свои корабли, находившиеся в Ганге, и пробились в Гельсингфорс.

Второй отряд, состоявший из линейных кораблей «Андрей Первозванный» и «Республика», крейсеров «Баян» и «Олег» и двух подводных лодок типа «Барс», совершал переход в Кронштадт с 4 по 10 апреля. Сопровождали его лишь два малых ледокола — «Силач» и «Город Ревель». Поэтому головным шел линкор «Андрей Первозванный». Крейсера вели на буксирах подводные лодки. За три дня отряд прошел всего 60 миль. Вышедший навстречу ему «Ермак» был обстрелян белофиннами с острова Лавенсари, а затем — с ледокола «Тармо» и вынужденно вернулся в Кронштадт. Лишь 8 апреля под прикрытием крейсера «Рюрик» ледокол смог подойти к отряду, чтобы провести его в Кронштадт.

7 апреля из Гельсингфорса начал выходить третий, самый многочисленный отряд (167 единиц). В период подготовки его к переходу для пополнения судовых команд из Петрограда в Гельсингфорс по железной дороге с боями прорвался эшелон с 500 моряками торгового флота. В отличие от первых двух отряд совершил переход не по середине Финского залива, забитой подвижным льдом, а по стратегическому фарватеру, проходившему вдоль опушки финских шхер. Последний эшелон покинул базу утром 12 апреля, когда финская белогвардейщина уже заняла [132] гавань, а на горизонте были видны дымы приближавшихся немецких кораблей.

До меридиана Котки корабли дошли без особых затруднений, но дальше движение застопорилось. 13 апреля к ним подошли вышедшие из Кронштадта ледоколы «Ермак», «Силач» и «Город Ревель». В течение семи дней «Ермак» под командованием В. Е. Гасабова выводил суда в пробитый им фарватер.

Команды всех кораблей и судов действовали самоотверженно. Мужеством и стойкостью отличились в походе подводники Б. М. Ворошилин, А. А. Ждан-Пушкин, Н. К. Кечеджи, С. П. Языков, Ю. В. Пуарэ, Г. И. Гутта, Ф. В. Сакун и другие. Бессменно несли вахту штурман крейсера «Рюрик» В. А. Хвощинский и штурман эскадренного миноносца «Искусный» Б. С. Сластников. Распорядительность и большую выдержку проявили командиры кораблей Л. М. Галлер, И. С. Исаков и другие. Переход отряда в Кронштадт завершился 22 апреля.

Часть кораблей из Гельсингфорса и Котки прибыла в мае. Всего из баз и портов Финляндии весной 1918 г. было переведено в Кронштадт и Петроград 236 советских кораблей и судов {141}. Балтийцы с честью выполнили задание Коммунистической партии и Советского правительства. Спасенные ими корабли, составлявшие боевое ядро Балтийского флота, сыграли большую роль в обороне Петрограда и в боевых действиях на других театрах гражданской войны.

3 марта 1918 г. в Брест-Литовске был подписан мир с Германией. Это явилось мудрым и дальновидным шагом Коммунистической партии и Советского правительства. Рабоче-крестьянская республика вышла из империалистической войны, отстояла диктатуру пролетариата, получила передышку, необходимую для укрепления Советской власти.

Летом 1918 г. в результате убийства в Москве левыми эсерами германского посла Мирбаха отношения между Германией и Советской Россией резко обострились. Снова усилилась угроза нападения на Петроград. По распоряжению В. И. Ленина 10 и 14 августа для защиты его со стороны моря было поставлено минное заграждение в районе маяк Шепелевский, Стирсудден (Сейвястё). Одновременно командование флота усилило разведывательную и дозорную службу в Финском заливе и Ладожском озере. Разведку на Ладоге вели подводные лодки «Пантера» и «Вепрь», в Финском заливе — гидросамолеты Ораниенбаумского отряда и дозорные суда.

Весной 1918 г. империалисты США, Англии, Франции и Японии начали открытую военную интервенцию против Советской России. Коммунистическая партия и Советское правительство [133] подняли трудящихся на борьбу с интервентами и белогвардейцами, мобилизуя все возможности страны для организации разгрома сил империализма и внутренней контрреволюции.

Богатый революционными традициями Балтийский флот был и на этот раз на передовых рубежах борьбы с врагами Советской республики. По указанию партии на фронты гражданской войны и на борьбу с хозяйственной разрухой направлялись тысячи самых сознательных и стойких моряков Балтики.

Летом 1918 г. особое значение приобретает Восточный фронт. В связи с этим в июне по решению Центрального Комитета Коммунистической партии и Советского правительства усилиями большой группы балтийских и черноморских моряков, при поддержке рабочих Нижнего Новгорода (Горький) создается Волжская военная флотилия. Одним из активных организаторов и первым ее комиссаром был балтийский моряк Н. Г. Маркин.

Для пополнения флотилии по указанию В. И. Ленина в начале августа на Волгу по Мариинской системе отправляется дивизион кораблей Балтийского флота в составе миноносцев «Прочный», «Прыткий», «Поражающий» и «Ретивый». Возглавлял его Б. А. Карпинский, военкомом был Н. А. Катков. В. И. Ленин лично следил за переходом кораблей и доставкой орудий, снарядов и угля в Нижний Новгород {142}. Волжская флотилия, как и Астрахано-Каспийская, постоянно пополнялась и усиливалась людьми, кораблями, оружием и боеприпасами, направлявшимися с Балтийского флота. Осенью 1918 г. по заданию В. И. Ленина по железной дороге на Волгу, а затем водным путем на Каспийское море были доставлены подводные лодки «Минога», «Макрель», «Касатка» и «Окунь».

Осенью 1918 г. в результате побед Красной Армии над врагом на Восточном фронте и других фронтах положение Республики Советов значительно улучшилось. Поражение германского империализма в мировой войне и победа революции в Германии дали возможность Советскому государству аннулировать грабительский Брестский договор. Красная Армия перешла в наступление в целях освобождения советской территории от немецких оккупантов.

Германский флот вынужден был покинуть воды Финского залива. Но тогда же сюда вошла английская эскадра.

В это время положение на Балтийском флоте по-прежнему оставалось чрезвычайно тяжелым. Ощущалась острая нехватка людей, а также топлива и продовольствия. Многие корабли нуждались в ремонте. Несмотря на все это, балтийцы сумели собрать силы для отпора новому врагу. К ведению боевых действий был подготовлен отряд в составе линейных кораблей «Петропавловск» и «Андрей Первозванный», четырех эскадренных миноносцев типа «Новик» и семи подводных лодок. Заканчивались ремонтные работы на крейсере «Олег» и некоторых других кораблях [134] и судах. Для того чтобы лучше организовать взаимодействие флота и сухопутных войск, Балтийский флот с 17 ноября был подчинен командующему 7-й армией, оборонявшей западные подступы к Петрограду. Минный заградитель «Нарова» под прикрытием эскадренных миноносцев «Легкий», «Меткий» и тральщика «Гарпун» подновил созданное ранее минное заграждение: 17 и 21 ноября было поставлено дополнительно 470 мин. 8 декабря эскадренные миноносцы «Автроил» и «Азард» усилили западную линию мин на северном фланге заграждения. Тем самым завершилось оборудование в восточной части Финского залива минно-артиллерийской позиции, опираясь на которую корабли могли надежно прикрыть морские подступы к Кронштадту и Петрограду.

Надводные корабли, подводные лодки и авиация Балтийского флота постоянно вели разведку в Финском заливе и активно содействовали частям 7-й армии в изгнании из Прибалтики белогвардейцев и интервентов. 28 ноября отряд кораблей под командованием А. В. Солтанова (крейсер «Олег», эскадренные миноносцы «Автроил» и «Меткий» и три транспорта), подвергнув артиллерийскому обстрелу вражеские укрепления, высадил в устье реки Наровы десант, который оказал большую помощь сухопутным частям в освобождении Нарвы от немецких войск.

К концу 1918 г. Советская республика отбила натиск германских оккупантов и ликвидировала первые мятежи белогвардейцев. Однако международная реакция не оставляла попыток удушить Советскую власть в России. С окончанием мировой войны правительства стран Антанты организовали еще более широкую интервенцию против молодой Республики Советов. Новые контингенты их войск высадились во Владивостоке, на юге и севере страны. Империалисты усилили помощь белогвардейцам.

Коммунистическая партия и Советское правительство развернули титаническую работу по укреплению Красной Армии и Красного Флота, мобилизации всех сил Республики на отражение нового похода империалистов. Огромную роль в выполнении этой задачи сыграли решения VIII съезда РКП (б).

Коммунисты Балтики, выполняя решения съезда, неустанно добивались дальнейшего укрепления флота и повышения его боеспособности.

2 декабря 1918 г. Реввоенсовет Республики учредил Революционный военный совет Балтийского флота в составе начальника Морских сил и двух членов. Вскоре начальником Морских сил Балтийского моря был назначен А. П. Зеленой, членами Реввоенсовета — А. В. Баранов и В. И. Зоф. На каждый действующий корабль был направлен военный комиссар. Все это способствовало централизации руководства флотом, улучшению партийно-политической работы. В этот период многое было сделано по приведению кораблей и оборонительных сооружений в боевую готовность. Большую помощь Балтийскому флоту оказывали Совет Рабочей и Крестьянской Обороны и лично В. И. Ленин. [135]

2 января 1919 г. Владимир Ильич послал комиссару труда Петроградской коммуны и уполномоченному Республики по снабжению флота в Петрограде телеграмму, в которой предлагал ввести сдельную оплату на заводах Морского ведомства и оказывать всяческое содействие выполнению заданий для балтийцев. В январе же В. И. Ленин подписал постановление Совета Народных Комиссаров о выделении более 13 млн. рублей на спешные оборонительные работы в Кронштадтской крепости. В феврале на содержание усиленного гарнизона этой крепости Советское правительство выделило 30 млн. рублей. 20 мая, в период начавшегося наступления белогвардейцев и интервентов на Петроград, Совет Рабочей и Крестьянской Обороны под председательством В. И. Ленина при обсуждении положения на Балтийском флоте принял специальное решение, в котором говорилось: «...приказать Петроградскому и Кронштадтскому портам производить работы по ремонтированию военных судов самым спешным, энергичным порядком, без всякого ограничения времени, отнюдь не прекращая сверхурочных работ, ввести немедленно ночные работы» {143}.

Для усиления партийно-политической работы на флоте в феврале 1919 г. создаются политический отдел Балтийского флота и политотделение Кронштадтской военно-морской базы. В июле было образовано политотделение Онежской флотилии, а в августе — политотделение Шлиссельбургской базы.

Политорганы развернули большую работу по мобилизации личного состава на борьбу с внешними и внутренними врагами Советской власти. Возглавив политсостав, укрепив партийные организации, они усилили политическое и воинское воспитание моряков. Перед балтийцами с докладами и речами выступали видные деятели большевистской партии С. И. Гусев, Д. З. Мануильский, С. Зорин и другие. Большую роль в воспитании и сплочении личного состава сыграла газета «Красный Балтийский флот», первый номер которой вышел 6 марта 1919 года.

Неизгладимое впечатление оставляли у военных моряков встречи и беседы с В. И. Лениным. «Последние дни, — писала 20 марта 1919 г. газета «Красный Балтийский флот», — особенно много моряков перебывало на собраниях, митингах, где выступал товарищ Ленин.

С именем любимого вождя революции так много связано для моряков — и после года разлуки всем было чрезвычайно радостно увидеть и услышать вновь товарища Ленина» {144}.

13 марта Владимир Ильич выступил перед моряками Балтийского флота в Народном доме. Он рассказал о работе Советского правительства, о международной и внутренней обстановке, призвал балтийцев крепить боевую мощь флота, чтобы добиться победы над английскими интервентами и войсками Юденича. [136]

План нового похода против Советского государства предусматривал одновременное наступление белогвардейских армий и войск интервентов со всех направлений — с востока, юга, запада, северо-запада и севера. Главный удар наносила с востока армия Колчака.

В антисоветском походе на Петроград приняли участие белофинны, а также белоэстонская армия и английская эскадра (12 крейсеров, 20 эскадренных миноносцев, 12 подводных лодок, авиатранспорт, несколько минных заградителей, тральщиков и торпедных катеров). С английским флотом взаимодействовали корабли Эстонии и Финляндии — 2 эсминца, 4 миноносца, 4 минных заградителя, 7 тральщиков, 4 канонерские лодки {145}. Основной базой английского флота стал Ревель.

Наступление белогвардейцев и интервентов на Петроград с главного направления — со стороны Эстонии — началось в тот момент, когда Колчак начал терпеть поражение на Восточном фронте. Создав значительное превосходство в силах, противник в середине мая прорвал фронт 7-й армии, захватил Ямбург (Кингисепп), Гдов, Псков и вышел на подступы к Гатчине.

Центральный Комитет партии, Советское правительство и лично В. И. Ленин приняли неотложные меры по оказанию помощи Петрограду. Туда были направлены уполномоченный Совета [137] Обороны И. В. Сталин и другие ответственные партийные и военные работники. 22 мая публикуется обращение ЦК РКП (б) «На защиту Петрограда». Центральный Комитет партии принимает написанное В. И. Лениным 10 июня постановление, в котором Петроградский фронт определялся особо важным {146}. Партийные, советские, профсоюзные и военные организации Петрограда и ряда губерний сосредоточили свое внимание на укреплении 7-й армии и Балтийского флота.

В этот критический момент задача балтийцев состояла в том, чтобы не допустить флот интервентов к Петрограду и оказать всемерную помощь частям Красной Армии в отражении наступления войск врага. Находившиеся в строю корабельные силы были сведены в Действующий отряд. В его состав вошли линейные корабли «Петропавловск» и «Андрей Первозванный», крейсер «Олег», эскадренные миноносцы «Азард», «Гавриил», «Гайдамак», «Всадник», «Уссуриец» и «Амурец», минные заградители «Нарова» и «Урал», 8 тральщиков, 6 сторожевых кораблей, 6 подводных лодок. Однако не все они к началу наступления противника на Петроград были готовы к ведению боевых действий. Авиацию к маю 1919 г. составляли воздушная бригада (12 бомбардировщиков и разведчиков), базировавшаяся на Ораниенбаум, и подразделение самолетов-истребителей (8 машин), находившееся в Петергофе. Большое значение в обороне Петрограда с моря придавалось также Кронштадтскому укрепленному району, главным узлом которого была крепость Кронштадт с системой островных фортов и береговых батарей.

В связи с началом наступления белогвардейских войск на нарвском участке 16 мая начальник Морских сил Балтийского моря доложил командующему Морскими силами Республики Е. А. Беренсу о готовности кораблей к боевым действиям в Лужской и Копорской губах (заливах). Через день из Кронштадта для минной разведки и обстрела побережья Копорского залива вышли эскадренный миноносец «Гавриил» (командир В. В. Севастьянов, комиссар Н. П. Лепешкин) и 4 тральщика. В 10 часов корабли вошли в залив. Вскоре на горизонте показались 4 английских эскадренных миноносца. Командир «Гавриила» принял решение вступить в бой, чтобы прикрыть отход тральщиков. Они немедленно убрали тралы, но, имея скорость 10 узлов, далеко уйти не успели. Когда английские корабли подошли на дистанцию 70 кабельтовых, «Гавриил» открыл огонь. Завязался неравный бой. Искусно маневрируя, советский эсминец сбивал пристрелку англичан, отвлекал их огонь на себя. Бой продолжался около часа. За это время тральщики благополучно отошли на восток. Вслед за ними оторвался от противника и «Гавриил». Реввоенсовет Республики за мужество и искусные действия в бою объявил командам эсминца «Гавриил» и тральщиков благодарность. [138]

В конце мая началось контрнаступление войск 7-й армии на нарвском участке. Перед Действующим отрядом кораблей была поставлена задача — не допустить высадки вражеских десантов на побережье Копорского залива и обстрела кораблями противника советских войск. 31 мая линейный корабль «Петропавловск» (командир П. Ю. Постельников, комиссар Н. М. Разин), эскадренный миноносец «Азард» (командир Н. Н. Несвицкий, комиссар Д. М. Винник) и 5 тральщиков подошли ко входу в Копорский залив. В 13 часов 15 минут «Азард» вступил в бой с эсминцем противника. В это время он был атакован подводной лодкой. Но враг промахнулся. Вскоре показались еще 8 эсминцев противника. Линкор открыл по ним огонь из 305-мм орудий. В это время «Азард» подвергся повторной атаке вражеской подводной лодки. Эсминец и на этот раз удачно уклонился от ее торпед. Прикрывая отход «Азарда», «Петропавловск» [139] продолжал вести артиллерийский огонь. Вражеские корабли, получив ряд попаданий, отвернули и ушли на северо-запад.

4 июня начальник Действующего отряда С. Н. Дмитриев направил на разведку в Копорский залив эскадренные миноносцы «Азард» и «Гавриил» во главе с начальником 1-го дивизиона Л. Н. Ростовцевым и военкомом В. Т. Флягиным. Чтобы поддержать артиллерийским огнем его действия, линейный корабль «Петропавловск» стал на якорь у внутренней кромки минного заграждения. Войдя в залив, эсминцы в 17 часов на дистанции 80 кабельтовых заметили подводную лодку, которая тут же погрузилась. Затем они обнаружили и начали преследовать вражеский эсминец. Однако ему удалось скрыться в северном направлении. В 17 часов 37 минут наблюдатели с эсминцев заметили следы двух торпед и вслед за этим на расстоянии 5 кабельтовых рубку и часть корпуса подводной лодки. Уклонившись от торпед, «Азард» и «Гавриил» открыли артиллерийский огонь и полным ходом устремились к лодке. Снаряд, выпущенный из бакового орудия «Азарда» комендором С. Е. Боговым, угодил в ее рубку. Через некоторое время послышался сильный взрыв. Как выяснилось позже, была потоплена новейшая английская подводная лодка «L-55». Получив пробоину от снаряда, она затем попала на минное заграждение и подорвалась.

После этого «Азард» и «Гавриил» завязали бой с тремя английскими эсминцами, которые вскоре повернули на обратный курс.

10 июня «Азард» и «Гавриил» незамеченными подошли к стоянке английского флота в районе Стирсуддена и внезапно обстреляли дивизион эскадренных миноносцев. На одном из вражеских кораблей возник пожар.

Между тем обстановка на суше ухудшилась. Под ударами врага войска 7-й армии продолжали отходить к Петрограду.

В ночь на 13 июня контрреволюционные элементы из командного состава форта Красная Горка во главе с комендантом спровоцировали часть гарнизона на антисоветское выступление. Мятеж был подготовлен английской разведкой и членами белогвардейской заговорщической организации «Национальный центр». К нему присоединились форты Серая Лошадь и Обручев, где также действовали предатели. Мятежникам удалось обезоружить и арестовать на фортах всех коммунистов. Наиболее активные из них, в том числе председатель Кронштадтского Совета М. М. Мартынов и уполномоченный Комитета Обороны Петрограда М. К. Артемов, были тут же расстреляны.

Захватив форты, предатели связались с командованием английской эскадры и одновременно предъявили ультиматум Кронштадтской крепости с требованием присоединиться к мятежу. Кронштадтцы с гневом и возмущением отвергли это требование. Реввоенсовет Балтийского флота передал по радио мятежникам ультиматум — немедленно прекратить мятеж. Гарнизон [140] форта Обручев арестовал зачинщиков и заявил о повиновении Советской власти.

Однако захват врагом фортов Красная Горка (25 орудий калибра от 76 до 305 мм) и Серая Лошадь (8 орудий калибра 120–152 мм) еще более ухудшил обстановку на правом фланге Петроградского фронта. Корабли противника теперь могли форсировать минные заграждения и прорваться к Кронштадту и Петрограду. Кронштадт с его фортами, Ораниенбаум и все тыловые пункты советских частей находились в радиусе обстрела 305-мм артиллерии Красной Горки. Необходимо было как можно быстрее подавить мятеж, чтобы не дать врагу воспользоваться благоприятно сложившейся для него обстановкой.

Выработанный советским командованием план ликвидации мятежа предусматривал проведение комбинированной операции, основанной на тесном взаимодействии всех имевшихся в наличии сил флота, армии и авиации. Главный удар по Красной Горке решено было нанести с моря артиллерией главного калибра линейных кораблей.

13 июня, как только стало известно о мятеже на Красной Горке, Действующий отряд кораблей и воздушная бригада получили приказ подготовиться к операции. В тот же день в ответ на обстрел Кронштадта линейные корабли «Петропавловск» и «Андрей Первозванный» открыли огонь по Красной Горке. Стрельба велась вначале из гавани, а потом «Андрей Первозванный» вышел на меридиан Толбухина маяка и стрелял на ходу, а «Петропавловск» — с рейда. Ночью и весь день 14 июня корабли вместе с кронштадтским фортом Риф продолжали обстрел Красной Горки. Лишь один «Петропавловск» выпустил более 250 снарядов калибром 305 миллиметров. На территории форта непрестанно возникали пожары. Белогвардейские части, сосредоточившиеся вблизи форта, несли потери от метких залпов комендоров эсминцев «Гавриил», «Гайдамак» и «Всадник». Вечером крейсера «Олег» (командир Н. Г. Милашевич, военком К. Ю. Андреус) сменил линкор «Андрей Первозванный». Красная Горка была также атакована группой самолетов.

Одновременно в Кронштадте и Петрограде велось формирование экспедиционных отрядов моряков, составивших Береговую группу войск 7-й армии и предназначавшихся для штурма Красной Горки с суши. Уже к вечеру 14 июня в Ораниенбауме было сосредоточено три таких отряда численностью 2100 человек. Кроме того, в состав Береговой группы вошло несколько рот 104-го стрелкового полка, бронепоезд и 2 броневика. В ночь на 15 июня она (свыше 4500 человек) под командованием А. А. Стороженко двинулась к Красной Горке и Усть-Рудице.

Деморализованные обстрелом с кораблей и непрерывными атаками с суши мятежники около полуночи бежали в расположение белогвардейцев. Береговая группа, в первых рядах которой шли моряки 2-го экспедиционного отряда под командованием К. М. Каллиса и отряда Петроградской военно-морской базы во [142] главе с И. И. Кийко, заняла Красную Горку. На следующий день после интенсивного обстрела крейсером «Олег» был взят форт Серая Лошадь. 17 июня с выходом Береговой группы на реку Коваши фронт был восстановлен.

Реввоенсовет 7-й армии специальным приказом от 16 июня 1919 г. объявил морякам благодарность за геройство, проявленное в боях с мятежниками.

Одновременно с ликвидацией мятежа были приняты меры по очистке Петрограда, 7-й армии и Балтийского флота от контрреволюционных элементов и шпионов. С прибытием подкреплений советские войска перешли в наступление по всей линии фронта.

21 июня атаковали противника части нарвского боевого участка. Балтийский флот поддерживал их артиллерийским огнем, прикрывал приморский фланг сухопутных войск с целью не допустить высадки вражеских десантов и обстрела кораблями противника.

С переходом войск Красной Армии в наступление под Петроградом начались боевые действия против белофиннов на межозерном участке (в районе между Ладожским и Онежским озерами). Значительную роль в них сыграла Онежская военная флотилия, созданная в июне 1918 г. и входившая в состав Балтийского флота. К лету 1919 г. она насчитывала 2 эскадренных миноносца («Амурец» и «Уссуриец»), 2 сторожевых корабля («Выдра» и «Ласка»), 8 канонерских лодок, 2 минных заградителя, 12 сторожевых судов и катеров, 2 плавучие батареи и несколько посыльных и вспомогательных судов. Главной базой флотилии был Петрозаводск. Ее корабли базировались также на Лодейное Поле и Новую Ладогу.

В конце июня 1919 г. советское командование разработало операцию по разгрому в районе Видлицы Олонецкой добровольческой армии белофиннов. Предусматривалось нанести комбинированный удар по противнику с фронта силами 19-й стрелковой дивизии Межозерного участка Петроградского фронта и с тыла — десантом, высаженным Онежской флотилией между устьями рек Видлица и Тулокса. Важнейшими условиями успеха высадки десанта явились героизм моряков, грамотная разработка ее плана начальником штаба Онежской флотилии Г. А. Степановым, умелое руководство силами десанта командующим флотилией Э. С. Панцержанским, активная и целеустремленная партийно-политическая работа, возглавляемая военкомом флотилии Я. М. Клявиным. За образцовые действия в Видлицкой операции моряки Г. А. Степанов, В. Е. Бурачек и И. И. Шемет удостоились ордена Красного Знамени.

Балтийский флот вел активную боевую деятельность. Поэтому английские интервенты увеличили количество кораблей на Балтике. В ночь на 18 августа предприняли набег на Кронштадтский рейд 7 английских торпедных катеров. Действовали онп совместно с авиацией, которая должна была отвлечь внимание [143] защитников Кронштадта на себя и тем самым обеспечить внезапность прорыва катеров в гавань, вход в которую не был закрыт бонами. Двум катерам удалось проникнуть на рейд, потопить плавбазу подводных лодок «Память Азова» и повредить линейный корабль «Андрей Первозванный».

При отражении набега торпедных катеров успешно действовал экипаж эсминца «Гавриил», несшего сторожевую службу на Малом Кронштадтском рейде. Метким огнем комендоры потопили три торпедных катера и столько же повредили. Впоследствии катера, получившие повреждения, были затоплены самими англичанами.

В течение дня 18 августа английские самолеты произвели 5 налетов на Кронштадт. И в последующем до конца месяца они систематически, иногда по 3–4 раза в день, подвергали бомбежке корабли и береговые объекты в Кронштадте.

Однако эффективность всех этих действий интервентов была невысока. Англичанам не удалось ослабить Балтийский флот.

В тяжелые дни лета 1919 г. балтийцы еще теснее сплачивались вокруг Коммунистической партии. В августе во время партийной недели в ее ряды вступило около 4 тыс. моряков. Корабли и части, политические органы и партийные организации флота поддерживали тесную связь с рабочими фабрик и заводов Петрограда. Петроградский Совет 11 июля 1919 г. наградил Балтийский флот Почетным революционным Красным знаменем.

В конце августа английские крейсера и миноносцы усилили обстрел позиций советских частей в районе Копорского залива. Против них командование Балтийского флота решило направить подводные лодки. 31 августа из Кронштадта вышла «Пантера» (командир А. Н. Бахтин, военком В. Г. Иванов). Около 19 часов были обнаружены два английских эсминца, стоявшие на якорях к востоку от острова Сескар на малых глубинах. Командир «Пантеры» начал маневрирование с расчетом подойти к ним с северо-запада. При сближении с этого направления лучи заходящего солнца маскировали подводную лодку. Кроме того, после атаки ей было легче уйти на большую глубину. В 21 час 19 минут «Пантера» выпустила две торпеды. Обе они поразили эскадренный миноносец «Витториа». Торпеды были подготовлены минным специалистом Г. Г. Таубе. Выстрелил их минно-машинный старшина Ф. В. Сакун — участник штурма Зимнего дворца в октябре 1917 года.

Второй эсминец стал обстреливать лодку ныряющими снарядами, но безуспешно. Пройдя под водой почти 80 миль и пробыв в подводном положении без регенерации воздуха около 30 часов, «Пантера» возвратилась в Кронштадт.

Потоплением новейшего английского эскадренного миноносца «Пантера» открыла боевой счет советских подводников. 3 декабря 1919 г. Реввоенсовет Балтийского флота наградил 18 моряков [144] подводной лодки именными часами {147}. А. Н. Бахтин был удостоен ордена Красного Знамени.

К осени 1919 г. империалисты Антанты организовали новый поход против Советской России. Главный удар наносили армии Деникина в общем направлении на Донбасс, Харьков, Москву. На Петроград должна была наступать армия Юденича.

Белогвардейские полчища двинулись на Петроград, когда Деникин добился наибольшего успеха на московском стратегическом направлении. Прорвав фронт, они 11 октября захватили Ямбург, а на другой день — станцию Волосово. С моря наступление белогвардейцев и интервентов поддерживалось кораблями и авиацией английского и белоэстонского флотов.

Главный удар на приморском участке фронта противник наносил по фортам Передовой (Серая Лошадь) и Краснофлотский (Красная Горка). Для захвата их эстонские корабли, прикрываемые английским флотом, высадили 14 и 16 октября на побережье Копорского залива десанты общей численностью свыше 1000 человек. Против них были срочно направлены 2-й экспедиционный отряд моряков (командир Н. А. Скульский, военком М. М. Моисеев) численностью 725 человек и 3-й экспедиционный отряд моряков (командир А. Н. Алексеев, военком И. Е. Федоров) — 1925 человек. Они приостановили продвижение противника.

16 октября белые захватили Красное Село, Гатчину и подошли к Пулковским высотам. Все дороги, ведущие в Петроград, за исключением железнодорожной Николаевской (ныне Октябрьская), оказались перехваченными врагом. Над Петроградом снова нависла серьезная опасность.

Центральный Комитет партии и Советское правительство принимали экстренные меры по оказанию помощи петроградцам. 15 октября положение под Петроградом обсуждалось на заседании Политбюро ЦК РКП (б). Было решено послать сюда воинские части с других фронтов. На следующий день Совет Обороны по предложению В. И. Ленина принял постановление, в котором подчеркивалась необходимость защищать Петроград до последней капли крови, не уступая ни одной пяди. 17 октября В. И. Ленин обратился к питерским рабочим и красноармейцам с призывом дать решительный отпор белогвардейцам и интервентам {148}. Защитники Петрограда на призыв вождя заявили о готовности самоотверженно выполнить свой долг. Их ряды значительно пополнились коммунистами и комсомольцами. Только за 6 дней, с 17 по 22 октября, партийная организация Петроградской губернии отправила на фронт 1169 коммунистов. Петроградский комитет комсомола провел мобилизацию всех комсомольцев старше 16 лет. Благодаря бдительности трудящихся в городе были раскрыты и ликвидированы шпионские и контрреволюционные [145] группы. Петроград в короткое время превратился в мощный укрепленный лагерь.

К 20 октября было закончено создание внутренней обороны города. Вся его территория была разделена на три основных оборонительных рубежа. В прикрытии их флангов значительная роль отводилась артиллерии Балтийского флота. На огневые позиции в пределах города было поставлено свыше 40 кораблей и вооруженных судов.

Для борьбы с войсками Юденича спешно формировались отряды моряков Балтики. Всего в период осеннего наступления белогвардейцев на Петроград Балтийский флот послал на сухопутный фронт более 10 отрядов общей численностью свыше 7 тыс. человек. Кроме того, из моряков было сформировано 3 отряда для ведения партизанской борьбы в тылу врага, а также команда бронепоезда «Черноморец» (командир И. Н. Деменев, военком П. Т. Коньков).

В боях с войсками Юденича особенно отличился отряд курсантов Училища командного состава флота. 18 октября под руководством комиссара А. А. Костина он в ожесточенном бою разбил один из отборных офицерских полков врага. С переходом советских войск в наступление отряд моряков-курсантов овладел деревнями Разбегай и Ропша. При этом особую отвагу проявили бойцы полубатальона во главе с секретарем партийной организации училища Г. Г. Мидиным, пулеметной команды, возглавляемой И. Д. Снитко, пулеметных взводов, которыми командовали Г. И. Левченко, А. Шипуля, Н. Пашковский и другие. За героизм, проявленный в боях с войсками Юденича, Петроградский Совет наградил 20 бойцов серебряными часами. Училищу командного состава флота было вручено Красное знамя.

В период оборонительных боев ощутимые удары по врагу наносили балтийские летчики, возглавляемые военкомом А. П. Ануфриевым. Они бомбили и обстреливали с воздуха наземные войска Юденича, аэродромы и корабли интервентов, вели разведку. В районе Бьёркского архипелага советские самолеты причинили повреждения ряду кораблей, в том числе английскому авиатранспорту «Венедиктив». Летчик В. П. Конокотин с аэростата сбил английский боевой самолет, за что был награжден орденом Красного Знамени.

Утром 21 октября 7-я армия перешла в наступление. Ее приморский фланг активно поддерживали корабли Балтийского флота: линейный корабль «Севастополь» (командир С. П. Ставицкий, военком И. Н. Никитин), эсминцы «Всадник» и «Гайдамак». Упорные бои, вошедшие в историю гражданской войны как Пулковское сражение, продолжались пять дней. Они послужили началом полного разгрома интервентов и белогвардейцев на северо-западе.

Враг стремился любой ценой удержать свои позиции на ближних подступах к Петрограду и вернуть инициативу. Он усилил нажим на Краснофлотском (Красногорском) участке фронта. [146]

Вместе с войсками Юденича здесь перешли в контрнаступление отборные белоэстонские части. Фронт приблизился непосредственно к форту Передовой. На подступах к нему разыгрались ожесточенные бои. Его гарнизон сражался с исключительным героизмом. Батареи форта вели непрерывный огонь по врагу. Меткими залпами они потопили три вражеских тральщика и уничтожили сотни белогвардейцев. Впоследствии за мужество и стойкость, проявленные в этих боях, гарнизон Передового был награжден Почетным революционным Красным знаменем {149}.

Наступление белогвардейцев на форты поддерживалось огнем корабельной артиллерии и бомбардировкой с воздуха. 27 октября отряд английских кораблей вошел в Копорский залив. В его состав, в частности, входил монитор «Эребус», имевший на вооружении два орудия калибром 381 миллиметр. Отряд начал обстрел фортов Краснофлотский и Передовой, но ответный огонь балтийцев вынудил интервентов прекратить стрельбу и отступить. 30 октября вражеские корабли повторили попытку обстрелять форты, однако и на этот раз были отогнаны. Стрельбой дальнобойной артиллерии Краснофлотского руководил комиссар форта И. Д. Сладков. За мужество и воинское мастерство он был награжден Петроградским Советом именными часами.

Под ударами советских войск армия Юденича быстро откатывалась на запад. 14 ноября в районе Ямбурга ей было нанесено окончательное поражение. В декабре 1919 г. по требованию Советского правительства остатки белогвардейской армии, бежавшие в Эстонию, были интернированы эстонскими властями. Так прекратили свое существование полчища Юденича, которые при поддержке интервентов в течение 1919 г. дважды угрожали колыбели пролетарской революции — Петрограду.

Разгром армии Деникина на юге и поражение белогвардейцев и интервентов под Петроградом, а также выступления английских рабочих и моряков против войны с Советской Россией заставили английское правительство в конце 1919 г. прекратить военные действия на Балтийском море.

За время разбойничьих действий против советского Балтийского флота английские интервенты потеряли легкий крейсер «Кассандра» (подорвался на мине в районе Ревеля), 2 эскадренных миноносца, подводную лодку, 2 тральщика, 6 торпедных катеров, транспорт и 2 моторных катера; 10 кораблей, в том числе крейсер, авиатранспорт, 6 эскадренных миноносцев и тральщик, получили повреждения {150}.

Балтийский флот внес значительный вклад в окончательный разгром врагов Советской республики на ее северо-западных рубежах. Активно участвуя в обороне Петрограда, он в то же время продолжал помогать другим фронтам гражданской войны. Так, 24 октября, в самый разгар боев с войсками Юденича, балтийцы [147] направили по Мариинской системе на усиление Волжско-Каспийской военной флотилии и Южного фронта 5 миноносцев и 6 сторожевых кораблей с укомплектованными командами {151}.

В 1920 г. балтийцы приняли участие в борьбе против буржуазно-помещичьей Польши и полчищ Врангеля. По указанию Коммунистической партии и Советского правительства Балтийский флот формировал и отправлял на фронты матросские отряды, участвовал в создании военно-морских сил на Черном и Азовском морях и на Днепре. Многие моряки флота героически сражались с врагом, занимая ответственные посты в соединениях, частях, на кораблях и в штабах военно-морских сил на юге страны. С Балтики сюда направлялись также боеприпасы и вооружение.

В феврале 1920 г. Реввоенсовет Республики назначил комендантом укрепленного района Днепровского лимана и морской крепости Очаков балтийского моряка И. Д. Сладкова. В его распоряжение с Балтики прибыл эшелон моряков с артиллерией и инженерно-техническим имуществом.

В начале марта в штаб Юго-Западного фронта была направлена группа балтийцев во главе с Н. Ф. Измайловым. Она составила руководящее ядро аппарата управления военно-морскими силами на юге страны. Н. Ф. Измайлов был назначен командующим морскими силами Юго-Западного фронта. Усть-Днепровскую военную флотилию возглавил Б. В. Хорошхин. Начальником Морских сил Черного и Азовского морей в конце мая 1920 г. был назначен бывший начальник штаба Балтийского флота А. В. Домбровский, а военкомом — бывший член Реввоенсовета Балтийского флота А. В. Баранов. Азовской военной флотилией командовал балтиец Е. С. Гернет.

Балтийцы вместе с другими военными моряками, вчерашними рабочими и крестьянами, составили один из наиболее организованных передовых отрядов революции. Куда бы ни направляли их Коммунистическая партия, В. И. Ленин, всюду они проявляли беззаветную верность делу рабочего класса, необыкновенное мужество, сплоченность, стойкость и решительность. [148]

Дальше





ъМДЕЙЯ.лЕРПХЙЮ