ВОЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА --[ Мемуары ]-- Волков В. Ю. От Тулы до Курляндского полуострова
Содержание
«Военная Литература»
Мемуары

Первые победные километры

В боях под Клейменово и Костровом, где гитлеровцы пытались замкнуть окружение Тулы, бронетанковые силы Г. Гудериана и наступавшие им навстречу войска 43-го армейского корпуса фашистов понесли значительные потери. Враг был измотан и на рубеже речки Вашана вынужден был перейти к обороне.

От захваченных пленных стало известно, что 5 декабря во всех подразделениях противника был зачитан приказ фюрера, в котором предписывалось "стоять на смерть на достигнутых рубежах". Всех, кто оставит позиции, считать изменником Великой Германии и немедленно расстреливать. Германская армия, говорилось в приказе, после передышки снова перейдет в решительное наступление. Русские понесли огромные потери и защищать Москву у них нет сил.

Перейдя к обороне, немцы на подступах к Алексину начали укреплять свои позиции. Строили блиндажи с накатами из толстых бревен, устанавливали в них железные печки, местами ставили проволочные заграждения, минировали подходы к переднему краю своей обороны.

В полосе 236-й стрелковой дивизии немцы особой активности не проявляли. В ясную погоду изредка в воздухе появлялся одиночный самолет-разведчик и, сделав облет, быстро уходил на запад. После такого облета артиллерийские и минометные батареи врага производили огневые налеты, и опять все стихало. Сплошного фронта тогда еще не было. Оборона противника строилась отдельными опорными пунктами. Под оборонительные позиции обычно приспосабливали деревни, каменные постройки, использовались также отдельные господствующие высотки. Днем на стороне противника никакого движения не проявлялось. Немцы отсиживались в укрытиях и ничем себя не обнаруживали, даже печек в блиндажах не растапливали. В ночное же время стрелковые подразделения дивизии брали инициативу в свои руки. Группы разведчиков пробирались через линию фронта и внезапно нападали на вражеские гарнизоны, расположившиеся на ночлег в домах. Немцы боялись ночной темноты, усиливали боевое охранение и не переставали до самого рассвета освещать ракетами подходы к деревням и своим позициям на переднем рубеже обороны. Гулко раздавались короткие пулеметные очереди и пунктиры трассирующих разноцветных пуль прошивали ночную мглу. Советские бойцы у себя дома, им нечего бояться. Гитлеровцы же находились на чужой земле, где их ненавидели, и как воры, втянув голову в плечи, вынуждены были озираться вокруг.

Не успели еще затихнуть бои на шоссе Тула - Серпухов, как поступавшие Сводки Совинформбюро всколыхнули всех воинов дивизии. В них сообщалось, что к северу от Москвы войска Западного фронта перешли в наступление, освободили города Клин, Волоколамск, а гитлеровские дивизии под ударами наших войск откатываются на запад. 7 декабря к югу от столицы возле городов Серебряные Пруды и Михайлов нанесен удар по войскам 2-й танковой армии фашистов. Танковые дивизии генерала Г. Гудериана, бросая тяжелое оружие, поспешно отходили от Тулы.

Газеты передавались из рук в руки, каждый стремился поскорее прочитать радостную весть, что под ударами войск Западного фронта гитлеровские дивизии откатываются на запад.

Мужество и героизм советских воинов, проявленные в оборонительных боях на подступах к Москве, измотали врага, вынудили его перейти к обороне. Благодаря самоотверженному труду советского народа удалось накопить резервы, изменить соотношение сил в нашу пользу и создать условия для перехода в контрнаступление. В Подмосковье прибывали из глубины страны свежие дивизии, поступало вооружение и боевая техника. Набрав силу, был нанесен на широком фронте ответный удар по врагу. В начале декабря начался разгром немцев под Москвой.

Поступил приказ подготовить к наступлению и нашу 238-ю стрелковую дивизию. Декабрь 1941 года отличался суровыми морозами и снегопадами. Приходилось учитывать, что продвигаться вперед придется в тяжелых условиях по глухим дорогам и бездорожью. В частях дивизии начали создавать санные обозы, станковые же пулеметы укреплялись на лыжах. В каждом полку был подготовлен батальон лыжников, а в ротах - взводы лыжников-разведчиков, бойцам выдавались белые маскировочные халаты и сухие пайки. Наряду с подготовкой своих подразделений к наступательным боям, части дивизии принимали поступавшее пополнение и доукомплектовывали свои подразделения.

Одновременно в полках и подразделениях дивизии была развернута партийно-политическая работа. Инструкторы политотдела, комиссары и политруки подразделений на партийных и комсомольских собраниях, в беседах с бойцами разъясняли, что разгром врага и снятие нависшей угрозы над столицей нашей Родины возможен лишь при стремительном наступлении и беспощадном уничтожении немецко-фашистских захватчиков. "Наш долг, - разъясняли политработники, - вызволить из фашистской неволи советских долей, временно оказавшихся под игом гитлеровских поработителей. Лозунг "Ни шагу назад!" теперь должен смениться призывом "Вперед на запад!"

В беседе, проводившейся в 830-м полку, выступил минометчик - командир взвода лейтенант М. А. Крайнов. Он говорил. "Душа радуется, когда читаешь сообщения Совинформбюро о начавшемся разгроме немцев под Москвой, Теперь мы поменялись ролями. Будем же беспощадно уничтожать врага и очистил свою Родину от фашистской нечисти".

Лейтенант М. А. Крайнов прошел в минометном подразделении весь фронтовой путь дивизии, участвовал в разгроме гитлеровцев в Курляндском "котле". Одним из первых был включен в состав сводного полка Ленинградского фронта для Парада Победы на Красной Площади в Москве в июне 1945 года.

В 837-й полку беседу проводил старший инструктор по пропаганде политотдела дивизии батальонный комиссар Ф. А. Тараненко. Собравшись в деревне Сумороково, бойцы и командиры выслушали сообщение об успехе наших войск под Москвой и Тулой, а также о подготовке частей дивизии для разгрома Алексинской группировки противника. Выступавшие бойцы говорили, что они в любой час готовы атаковать врага и начать счет освобожденных деревень и сел, еще томящихся под фашистским гнетом.

Политрук И. А. Рудовалов рассказал, что на днях проходило партийное собрание полка, где обсуждался вопрос о ведущей роли коммунистов в бою. Войска Западного фронта громят фашистов, продвигаются вперед, скоро и нам предстоит перейти в наступление. Партсобрание обязало коммунистов не только самим идти впереди, но и вести за собой остальных бойцов своего подразделения. Быть примером и обеспечить, чтобы ни один воин не дрогнул. Все коммунисты, - продолжал И. А. Рудовалов, - взяли на себя обязательства и получили задания, кому что делать во время наступательных боев.

В 843-м полку, в период подготовки к предстоящим боям, коммунисты собрались в роще возле деревни Щепотьево. Впереди за речкой Вашана слышались орудийные выстрелы противника. Вопрос один: задачи коммунистов в предстоящем наступлении, а сначала решили рассмотреть заявления о приеме в партию. Парторганизацию тревожило, что после недавних боев в ротах осталось совсем мало коммунистов, а в пополнение прибыли в основном беспартийные. Рост же партийных рядов важное условие боеспособности подразделений. Вместе с этим выступавшие отмечали, что среди воинов заметно повысилась тяга в партию, лучше бойцы и командиры, проявившие в боях отвагу и мужество, горят желанием стать коммунистами.

Политрук роты - семипалатинец Абдрахманов Нургалий, пользовавшийся за справедливость и внимание к нуждам бойцов исключительным авторитетом, говорил:

- Ко мне постоянно обращаются красноармейцы и командиры узнать условия приема в партию, как оформить заявление, к кому обращаться за рекомендациями. Все желающие вступить в партию, - продолжал Н.Абдрахманов, - говорят от одном: "Хотим бить заклятого врага, имея возле сердца партийный билет. В боях докажем, что достойны быть коммунистами".

Вопросов к вступающим в партию немного. Коммунисты рядом с ними находились в бою и высказывались: "Отважный парень - одним словом принять".

Затем разбирался вопрос о роли и месте коммуниста в бою, каждому было определено задание, которое, в основной, сводилось к тому, что коммунист отвечает за исход боя своего подразделения или боевого расчета.

В те дни в проведение агитмассовых мероприятий активно включалась агитмашина политотдела, возглавляемая комсомольцем-ленинградцем П. А. Демидовым. В закрытом фургоне находились, кинопередвижка, радиоприемник и громкоговоритель. Сообщения о жизни в стране и на фронтах принимались по радио и оперативно передавались подразделениям дивизии, доходчивой была и наглядная агитация. Бойцы видели портреты отличившихся воинов с кратким описанием их подвигов.

Агитмашина часто приезжала в полки и тогда в колхозном сарае, а иногда и в лесу на протянутой между деревьями экране демонстрировались кинокартины. Обычно показывали фильмы "Чапаев", "Броненосец Потемкин", "Мы из Кронштадта". С интересом смотрели бойцы и такие картины как "Станционный смотритель". Учитывая, что в дивизии немало казахстанцев, П. А. Демидов раздобыл кинофильм "Амангельды" о национальном казахском герое Амангельды Иманове, поднявшем в 1916 году казахскую бедноту против царского произвола и гнета местных баев, чинившим самоуправство в степных аулах.

Партийно-политическая работа, проводимая накануне контрнаступления, оказала большую помощь командирам подразделений в мобилизации личного состава на выполнение сложных задач в предстоящих боях.

Сосед слева, 258-я стрелковая дивизия полковника М. А. Сиязова 9 декабря перешла в наступление. Выбив противника из селений Помогалово, Жировка, успешно продвигалась вперед.

Поступил приказ готовить к наступлению и нашу 238-ю стрелковую дивизию. В район Хатманово, где размещался штаб дивизии, прибывали маршевые роты с пополнением. Прибывшие воины, в ожидании пока их направят по полкам, сидели группами, курили, вступали в разговор с бойцами из штабных подразделений. Но вот выходил штабник из отдела укомплектования, прибывшие бойцы строились в шеренгу, начиналось распределение по полкам.

Отбирались саперы, артиллеристы, водители автомашин и тягачей. Остальных направляли в стрелковые подразделения - в пехоту. Части дивизии пополнялись, набирали силу. Вместе с этим Тульский городской комитет обороны в порядке помощи передал дивизии более тысячи пар лыж. Было выдано разрешение на мобилизацию через местные Советы 450 саней с лошадьми. Все ненужное в наступательных боях имущество отправили в тыловые подразделения.

Вскоре командиры частей доложили полковнику Г. П. Короткову о готовности подразделений вступить в бой по разгрому Алексинской группировки противника. Командование дивизии теперь с часу на час ожидало приказа поднять полки в атаку, выбить гитлеровцев с рубежей обороны и освободить Алексин.

- Наши соседи громят фашистов под Тулой, - говорили бойцы, - мы должны поддержать их.

В ночь на 13 декабря 1941 года частям дивизии был направлен боевой приказ: атаковать противника и освободить Алексин, находившийся уже около трех недель в руках фашистов.

Командир дивизии полковник Г. П. Коротков решил нанести главный удар своим правым флангом силами 830-го стрелкового полка на Карташево, Бунырево. 837-му полку было приказано наступать в направлении Ботня, Иншино. На левом фланге 843-й полк с двумя ротами, приданного дивизии 586-го гвардейского стрелкового полка из состава 5-й гвардейской дивизии должны были наступать на Горяново, а в дальнейшей - овладеть селением Шелепино. Для обеспечения боевых действий пехоты дополнительно был придан дивизион 979-го гаубичного артиллерийского полка. Находившемуся в оперативном подчинении 470-му стрелковому полку из состава 194-й дивизии предстояло прикрыть на рубеже Маньшино, Клешня, Никулино левый фланг наступавших частей дивизии.

Утром 14 декабря стрелковые полки выдвинулись на исходные позиции для атаки. После короткой артиллерийской подготовки, сосредоточенной в основном по деревне Ботня, где противник создал опорный пункт обороны и по позициям в нижнем течении речки Вашана. 173-й и 979-й гаубичные артиллерийские полки часть своих мощных орудий выделили для подавления огня вражеских минометных и артиллерийских батарей, укрытых в глубине обороны в районе Алексина.

Выбив немцев из селений Бунырево и Коптево, 830-й полк с ходу форсировал Оку, где всполошил резервные гарнизоны противника, размещавшиеся в левобережной части реки. Основными же силами скрытно через лесной массив вышел к северной окраине Алексина.

837-й полк встретил сильное сопротивление противника на рубеже деревни Ботня, где враг применил огнеметы, но все же гитлеровцы были выбиты из опорного пункта обороны в Ботне. Продолжая теснить противника, подразделения 837-го полка при поддержке батарей второго дивизиона 693-го артиллерийского полка, продвигались к Алексину с востока.

843-й стрелковый полк с приданными дивизии подразделениями 586-го гвардейского полка овладели селом Шелепино, а затем вышли к Оке в районе железнодорожного моста, южнее Алексина. Соседние слева 173-я стрелковая дивизия полковника А. В. Богданова и 340-я стрелковая дивизия полковника С. С. Мартиросяна вели наступление в направлении Спас-Конино, Щукино и левым флангом на Плоское, Плешивка. Используя заранее подготовленные оборонительные позиции, немцы пытались задержать продвижение войск левого крыла 49-й армии, наступавших в направлении на Алексин, переходили в контратаки, упорно сопротивлялись.

Наступательный порыв частей дивизии и приданных ей сил был настолько стремительным, что к исходу первого дня боя основная задача была выполненной: врага выбили с рубежа обороны, а авангардные подразделения дивизии вплотную подошли к Алексину.

Отступая, фашисты зверствовали. Так, в небольшой деревушке Погибалово, возле села Бунырево, было обнаружено более двадцати изуродованных трупов наших командиров и красноармейцев. Накануне в бою они были ранены, лежали в домах, а во время контратаки противника захвачены в плен. Над ранеными учинили зверскую расправу. Одному раненому бойцу надели на шею петлю, ноги привязали к дверной ручке и, отворяя дверь, задушили его{20}.

В бою 14 декабря за селения Погибалово, Карташево, Абрютино 830-й стрелковый полк потерял убитыми около восьмидесяти человек. Увлекая бойцов за собой в атаку геройски погибли командир роты автоматчиков лейтенант М. Д. Егоров, политрук той же роты Г. Е. Кончарук, замполитрука М. Н. Тетенев, командир стрелковой роты лейтенант И. Г. Нечкин и командир пулеметного взвода лейтенант И. П. Губий.

Упорные бои за Алексин продолжались еще 15 и 16 декабря и закончились разгромом Алексинской группировки врага. Были освобождены все близлежащие к городу селения, а в 14 часов 17 декабря и правобережная часть Алексина. Немцы откатились в заречную часть в Высокое и Мышегу, а по берегу Оки начали создавать оборонительный рубеж.

Следом за стрелковыми подразделениями продвигались по большаку к городу и батареи второго артиллерийского дивизиона 693-го полка. Впереди шли орудия в конной упряжке, а за ними санный обоз, груженный снарядами, катушками с телефонным кабелем и другим батарейным имуществом.

Стояла зимняя стужа. Колеса орудий поскрипывали по проторенной в снегу дороге. От лошадей шел пар. Конная тяга в батареях поубавилась, лошадей едва хватало для орудийных упряжек, и теперь, за исключением разведчиков, артиллеристы, имевшие ранее верховых лошадей, шли пешком позади своих орудий. Телефонисты встали на лыжи. К вечеру артиллерийский дивизион вошел в город Алексин. На улицах стояли, брошенные немцами, громоздкие автомашины, крытые брезентом фургоны. Много домов пустовало, окна были выбиты, жители только начали возвращаться, но большинство из них еще скрывались кто где мог. В центре города догорало здание, где, по-видимому, размещался немецкий штаб. По двору ветер разносил какие то листки бумаги, бланки на чужом языке. По всему было видно, что еще совсем недавно здесь находились фашисты. Из-за реки противник обстреливал город и подходы к нему. Журча, пролетали снаряды, с треском рвались мины.

Батареи, постояв немного на улице, получили боевую задачу и направились в северную пригородную часть, где расположились в дачных домиках пионерского лагеря и Дома отдыха в сосновом лесу. Наблюдательные пункты выдвинулись вперед на опушку леса к Оке. На другой день передовой отряд пехотинцев и артиллерийские разведчики, обходя позиции гитлеровцев, начали перебираться на противоположный берег реки. Шли друг за другом, растянувшись цепочкой. Немцы пытались ружейно-пулеметным огнем задержать продвижение передового отряда, но батареи второго артиллерийского дивизиона огнем своих орудий заставили умолкнуть вражеских пулеметчиков. Первый дивизион, после потерь под Никулино, находился на формировании и в боях не участвовал. Вслед за разведывательной группой начали продвигаться за Оку стрелковые подразделения 837-го полка. Они обошли справа обнесенный каменной оградой парк, а затем, сбивая вражеские заслоны, с боями пробивались в направлении большого села Петрищево, что на большаке Таруса - Калуга. Освобождать Мышегу, входило в задачу 173-й стрелковой дивизии.

Вскоре во фронтовой газете "За советскую Родину" была помещена статьи, посвященная боям за Алексин. В ней говорилось, что на подступах к городу гитлеровцы создали две полосы укрепленных позиций с утепленными блиндажами, но стрелковые подразделения обходили опорные пункты, брали их в клещи. Гитлеровцы, опасаясь оказаться в окружении, поспешно отходили за Оку, бросали тяжелое вооружение.

Для сбора оставленной противником боевой техники и имущества создавались трофейные команды. На сборные пункты перевозилось подобранное на поле боя оружие, боеприпасы.

Шли обозы, нагруженные различным трофейным имуществом. В сводке Совинформбюро сообщалось, что по предварительным данным в районе разгромленной алексинской группировки, количество трофеев составило: орудии - 73, минометов - 58, танков - 6, автомашин - 265, лошадей - 110 и много боеприпасов.

В тот день, когда части дивизии закрепились в освобожденном Алексине и готовились к дальнейшему наступлению, на имя командира дивизии полковника Г. П. Короткова поступила поздравительная телеграмма от Военного Совета 49-й армии. В ней говорилось:

"Товарищи бойцы, командиры и политработники!

Доблестные воины Короткова, Мартиросяна, Богданова!

В упорных боях на протяжении 14-17 декабря 1941 года вы разгромили 131-ю и 31-ю немецкие пехотные дивизии и 163-й полк 52-й пехотной дивизии противника, Разгромленный враг оставил на поде боя сотни трупов солдат и офицеров, бросил оружие, транспорт. Разгромлен штаб 432-го пехотного полка. Десятки населенных пунктов, в том числе город Алексин, освобождены от немецких захватчиков и вновь стали советскими.

Боевая задача всех частей и подразделений, всех бойцов, командиров и политработников - беспощадно громить и уничтожать фашистов, неустанно преследовать врага, не давать ему передышки, не дать возможности опомниться, привести себя в порядок и организовать оборону.

За полный разгром немецких захватчиков.

Вперед товарищи бойцы!

Вперед бить врага, добивать его, бить гитлеровцев до полного их уничтожения.

Вперед к новым победам! Смерть немецким оккупантам!

Военный совет."

Текст поздравительной телеграммы Военного совета был немедленно размножен, зачитан всему личному составу дивизии.

Враг отступает. Начался счет первых победных километров.

По заданию политотдела, редакция дивизионной газеты "В бой за Родину" напечатала грамоту "Освободителю Алексина" и командование дивизии вручило ее всем участникам первых наступательных боев. Грамота, где перечислялись подвиги дивизии, явилась и боевой биографией каждого, кто громил Алексинскую группировку врага.

В боях за Алексин отличился командир батальона 830-го стрелкового полка лейтенант А. А. Булахов. Его имя по праву стоит одним из первых, в ряду имен, которыми гордится дивизия. Там, где Булахов со своими бойцами, всегда одерживалась победа.

Сбив немцев с рубежа речки Вашана, батальон лейтенанта А. А. Булахова вышел к берегу Оки и готовился к наступление вперед. Нужно было разведать путь к дальнейшему продвижению за рекой. Вечером 18 декабря поднялась метель. Ветер наметал сугробы, а снежная вьюга хлестала в лицо, слепила глаза.

- Самое подходящее время отправляться в разведку, - решил А. А. Булахов.

Через несколько минут, взяв с собой отважных воинов - сержанта С. И. Осетрова и красноармейца Увакаса Абишева, втроем скрылись в ночной темноте. Они шли в деревню Левшино, что в полутора километрах за Окой. Чтобы не обнаружить себя, обходили деревню стороной, в белых халатах брели по глубокому снегу и подошли к крайним домам с тыла. Внезапно ворвались на улицу деревни и поняли, что немцев здесь много, но отходить было поздно, их обнаружил, стоявший у одного из домов, часовой, да по глубокому снегу быстро не уйдешь. Нужно вступать в бой.

- Всполошим немцев, - сказал А. А. Булахов товарищам и выстрелил в часового. Увакас Абишев и С. И. Осетров с полуслова поняли своего командира. Их автоматные очереди хлестнули по окнам домов. Гитлеровцы, захваченные врасплох, выскакивали из домов в темноту ночи и, пытаясь скрыться, в панике бежали из деревни. Обезумев от страха, они полагали, в деревню ворвалось много русских. Отважные воины захватили два станковых и пять ручных пулеметов, патроны к ним. Перебегая с одного места на другое, три храбреца уже немецким оружием продолжали бить врага, поливая из пулеметов, то по окнам домов, то по выбегавшим на мороз фашистам. Три воина очистили от вражеского гарнизона деревню Левшино, уничтожив в ночном бою более десятка гитлеровцев.

О беспримерной отваге лейтенанта А. А. Булахова, его боевых подвигах знали все в дивизии. В первый дни боев в обороне, он с горсткой разведчиков возглавил в Бунырево контратаку, "выкупал" немцев в холодной Оке. Сейчас, в наступлении, на его счету снова дерзкий, казавшийся неправдоподобным подвиг в деревне Левшино. Когда в дивизионной газете рассказывалось о его геройских подвигах, кое-кто поговаривал:

- Заливают, - отложив газету, высказывались они. - Приукрашено, чтобы дух поднять! Легенда...

Вероятно, и в высших штабах, куда поступили наградные листы на А. А. Булахова и его смельчаков, тоже подумали, что тут сильно преувеличено, и снизили награды. Но все это была истинная правда. В дивизии же утвердилась за А. А. Булаховым слава командира исключительной храбрости{21}.

В последующем, когда Алексей Анисимович служил уже в другой гвардейской дивизии, ему за форсирование реки Неман было присвоено звание Героя Советского Союза.

После войны он окончил две академии: имени Фрунзе и Генерального штаба, был заместителем командира дивизии. Уволившись в запас, поселился в Подмосковье в городе Ступино.

В декабре 1966 года, когда отмечалось 25-летие разгрома немцев под Москвой, А. А. Булахов выступал на торжественно-траурном митинге на могиле Неизвестного солдата, у Кремлевской стены.

Дальше





ъМДЕЙЯ.лЕРПХЙЮ